Разведчик николай иванович кузнецов

Разведчик от Бога. Николай Иванович Кузнецов

?matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
2014-01-18 16:01:00matveychev_oleg
matveychev_oleg
2014-01-18 16:01:00Разведчик-нелегал СССР №1Когда специалистов по истории советских спецслужб или ушедших в отставку агентов просят назвать самого высокопрофессионального разведчика-нелегала, почти все называют Николая Кузнецова. Нисколько не ставя под сомнение их компетентность, зададимся вопросом: откуда такое единодушие?

Кто такой разведчик-нелегал

Завербованный агент живет в знакомой ему с детства стране. Документы его подлинны, ему не нужно напрягаться, чтобы вспомнить те или иные моменты своей биографии. Иное дело — заброшенный разведчик-нелегал. Он живет в чужой ему стране, чей язык редко является для него родным, все окружающие признают в нем чужака. Поэтому нелегал всегда выдает себя за иностранца.

Чужестранцу многое прощается: он может говорить с акцентом, не знать местных обычаев, путаться в географии. Разведчик, забрасываемый в Германию, выдает себя за прибалтийского немца, работающий в Бразилии агент по легенде — венгр, разведчик, живущий в Нью-Йорке по документам датчанин.Нет для нелегала большей опасности, чем встретить «соотечественника».

Малейшая неточность может стать фатальной.

Подозрение вызовет несоответствующее легенде произношение (как абсолютно по-разному говорят на одном украинском языке уроженцы Львова и Харькова), ошибка в жесте (немцы, заказывая три кружки пива, обычно выбрасывают средний, указательный и большой пальцы), незнание национальной субкультуры (в ходе Арденской операции 1944-1945г.

американцы раскалывали диверсантов Скорцени вопросом «Кто такой Тарзан?»).Все тонкости легенды предугадать просто невозможно: ни в одном справочнике не напишут, что Гретель, одна из многих университетских лаборанток, — местная знаменитость, и не знать ее просто нельзя. Поэтому каждый лишний час, проведенный в обществе «земляка», увеличивает риск провала.

Свой среди чужих

Николай Кузнецов, общаясь с немцами, выдавал себя за немца. С октября 1942 по весну 1944, почти 16 месяцев, он находился в занятом гитлеровцами Ровно, вращался в одном и том же кругу, постоянно расширяя число контактов. Кузнецов не просто изображал немца, он стал им, заставлял себя даже думать по-немецки.

СД и гестапо заинтересовались Зибертом лишь после того, как появились свидетельства, что обер-лейтенант имеет отношение к череде проведенных в Ровно и Львове терактов. Но Пауль Зиберт как немец никогда и ни у кого не вызывал подозрений. Владение языком, знание немецкой культуры, обычаев, поведение — все было безупречно.

И это все при том, что Кузнецов никогда не был в Германии и даже никогда не выезжал за пределы СССР. И работал он в оккупированном Ровно, где каждый немец на виду, где СД и гестапо работают по ликвидации подполья, и под подозрением находится практически каждый.

Ни один другой разведчик не смог продержаться в подобных условиях так долго, так глубоко внедриться в среду, обрасти столь значимыми связями. Вот почему «бойцы невидимого фронта» в один голос называют Кузнецова разведчиком-нелегалом №1.

Откуда он взялся?

Да, действительно, откуда? Для большинства биография знаменитого разведчика начинается с его появления в отряде Медведева в октябре 1942 года. До этого момента жизнь Кузнецова — не просто белые пятна, а сплошное белое поле. Но гениальные разведчики не появляются ниоткуда, их взращивают, долго подготавливают.

Путь Кузнецова к вершинам профессионализма был долгим и не всегда прямолинейным.Николай Кузнецов родился в д. Зырянка Пермской губернии в 1911 году в крестьянской семье. В его родословной нет ни дворян, ни иностранцев. Откуда у мальчика, родившегося в пермской глубинке, талант лингвиста — загадка.

Ветры революции забросили в талицкую школу-семилетку Нину Автократову, получившую образование в Швейцарии. У нее и получил Николай первые уроки немецкого языка.Но мальчику этого было мало. Его друзьями стали местный аптекарь австриец Краузе и лесник — бывший пленный германской армии, у которого Кузнецов нахватался ненормативной лексики, которой нет ни в одном учебнике немецкого языка.

В библиотеке талицкого лесного техникума, где он учился, Николай обнаружил «Энциклопедию лесного хозяйства» на немецком языке и перевел ее на русский.

Удары судьбы

В 1929 году Кузнецова обвинили в сокрытии «белогвардейско-кулацкого происхождения».

Теперь уже нельзя определить, что за страсти бушевали в талицком техникуме, в какие интриги оказался втянут Кузнецов (не был его отец ни кулаком, ни белогвардейцем), но Николая исключили из техникума и из комсомола.

Будущий разведчик на всю жизнь остался с неполным средним образованием.В 1930 году Николай устроился на работу в земельное управление. Восстановился в комсомоле. Обнаружив, что начальство занимается воровством, заявил об этом в органы.

Расхитителям дали по 5-8 лет и 1 год Кузнецову — за компанию, правда, без отсидки: наказание заключалось в надзоре и удержании 15% от заработка (советская власть была сурова, но справедлива). Кузнецов был повторно исключен из комсомола.

Внештатный агент ОГПУ

По долгу службы Николай колесил по глухим деревням Коми, попутно овладел местным языком, завел множество знакомств. В июне 1932 года на него обратил внимание оперуполномоченный Овчинников, и Кузнецов стал внештатным агентом ОГПУ.Коми начала 30-х годов было местом ссылки кулаков.

Ярые враги Советской Власти и несправедливо репрессированные убегали в тайгу, собирались в банды, отстреливали почтальонов, таксаторов, селькоров — всех, кто хоть сколько-нибудь представлял власть. Подвергался нападениям и сам Кузнецов. Имели место восстания. ОГПУ нужна была местная агентура. Созданием агентурной сети и поддержанием связи с ней и занимался лесоустроитель Кузнецов.

Вскоре на него обратили внимание вышестоящие органы. Талантливого чекиста забрали в Свердловск.

На «Уралмаше»

С 1935 года Кузнецов — расцеховщик конструкторского бюро на «Уралмаше». На заводе работало множество иностранных специалистов, в большинстве своем немцев. Не все работавшие на заводе иностранцы были друзьями СССР. Некоторые из них демонстративно выражали свои симпатии Гитлеру.Среди них и вращался Кузнецов, заводил знакомства, обменивался грампластинками и книгами.

Обязанностью агента «Колониста» было выявление среди иностранных специалистов скрытых агентов, пресечение попыток вербовки советских служащих, нахождение среди немцев лиц, готовых пойти на сотрудничество с советской разведкой.Попутно Николай совершенствовал свой немецкий, усваивал привычки и свойственную немцам манеру поведения.

Кузнецов овладел шестью диалектами немецкого языка, научился по первым фразам определять, уроженцем каких мест является собеседник и сразу же переходил на родной немцу говор, чем приводил того просто в восторг. Выучил польский и эсперанто.Не обошли Кузнецова и репрессии.

В 1938 году он был арестован, и несколько месяцев провел в тюрьме, но его непосредственный куратор сумел отбить своего подопечного.

«Его надо взять в Москву!»

В 1938 году крупному ленинградскому партийному чиновнику Журавлеву, прибывшему с инспекцией в Коми, один из сотрудников аппарата НКВД представил особо ценного агента: «Смел, находчив, инициативен. В совершенстве владеет немецким, польским, эсперанто, языком коми. Исключительно результативен».

Журавлев поговорил с Кузнецовым несколько минут и тут же позвонил заместителю ГУГБ НКВД Райхману: «Леонид Федорович, есть тут человек — особо одаренный агент, его надо взять в Москву». В тот момент у Райхмана в кабинете находился разведчик, недавно прибывший из Германии; Райхман передал ему трубку: «Поговори».

После нескольких минут разговора на немецком языке разведчик спросил: «Это из Берлина звонят?» Судьба Кузнецова была решена.

Нелегал в родной стране

Когда начальник секретно-политического отдела ГУГБ НКВД Федотов увидел документы прибывшего к нему Кузнецова, он схватился за голову: две судимости! Дважды исключен из комсомола! Да такая анкета — прямая дорога в тюрьму, а не в органы НКВД! Но и он оценил исключительные способности Кузнецова и оформил того как «особо засекреченного спецагента», спрятав его анкету от кадровиков за семь замков в свой личный сейф.Чтобы уберечь Кузнецова, отказались от процедуры присвоения звания и выдачи удостоверения. Спецагенту оформили советский паспорт на имя Рудольфа Вильгельмовича Шмидта, по которому чекист и жил в Москве. Вот так советский гражданин Николай Кузнецов вынужден был скрываться в родной стране.
Рудольф ШмидтВ конце 30-х в СССР зачастили немецкие делегации всевозможных раскрасок: торговые, культурные, общественно-политические и пр. В НКВД понимали, что 3/4 состава этих делегаций — разведчики. Даже в составе экипажей «Люфтганзы» летали не красотки-стюардессы, а бравые стюарды с военной выправкой, меняющиеся через каждые 2-3 рейса. (Так штурманы Люфтваффе изучали районы будущих полетов.)В кругу этой разношерстной публики и вращался «тоскующий по фатерланду» советский немец Шмидт, незаметно выясняя, кто из немцев чем дышит, с кем устанавливает контакты, кого вербует. По собственной инициативе Кузнецов раздобыл форму старшего лейтенанта ВВС РККА и начал выдавать себя за инженера-испытателя закрытого московского завода. Идеальный объект для вербовки! Но часто клюнувший на Шмидта немецкий агент сам становился объектом вербовки и возвращался в Берлин уже агентом НКВД.Кузнецов-Шмидт водил дружбу с дипломатами, вошел в окружение военно-морского атташе Германии в СССР. Дружба с фрегаттен-капитаном Норбертом Баумбахом закончилась вскрытием сейфа последнего и фотографированием секретных документов. Частые встречи Шмидта с немецким военным атташе Эрнстом Кестрингом позволили чекистам установить прослушку в квартире дипломата.

Самоучка

При этом поставляющий ценнейшую информацию Кузнецов так и оставался нелегалом. Все предложения руководства отправить столь ценного работника на какие-либо курсы Федотов пресекал на корню, тщательно скрывая анкету «Шмидта» от посторонних глаз. Никаких курсов Кузнецов никогда не проходил.

Основы разведки и конспирации, вербовка, психология, фотодело, вождение автомобиля, немецкий язык и культура — во всех областях Кузнецов был 100%-м самоучкой.Кузнецов никогда не был членом партии.

Одна только мысль, что Кузнецов должен будет рассказать на партбюро при приеме свою биографию, бросала Федотова в холодный пот.

Разведчик Кузнецов

С началом войны Кузнецов был зачислен в «Особую группу при НКВД СССР», возглавляемую Судоплатовым. Николая отправили в один из подмосковных лагерей для немецких военнопленных, где он отсидел несколько недель, влезая в шкуру немецкого обер-лейтенанта Пауля Зиберта. Летом 1942 года Кузнецов был направлен в отряд Дмитрия Медведева. В столице рейхскомиссариата г.

Ровно за 16 месяцев Кузнецов уничтожил 11 высших чинов оккупационной администрации.Но не стоит воспринимать его работу исключительно как террористическую. Главной задачей Кузнецова было добывание разведданных. Он один из первых сообщил о грядущем наступлении гитлеровцев на Курской дуге, определил точное местонахождение ставки Гитлера «Вервольф» под Винницей.

Один из офицеров абвера, задолжавший Зиберту крупную сумму денег, обещал расплатиться с ним персидскими коврами, о чем Кузнецов сообщил в центр. В Москве информацию восприняли более чем серьезно: это было первое известие о подготовке немецкими спецслужбами операции «Длинный прыжок» — ликвидации Сталина, Рузвельта и Черчилля в ходе Тегеранской конференции.

Гибель и посмертная слава

Кузнецов не мог «держаться» вечно. СД и гестапо уже искали террориста в форме немецкого обер-лейтенанта. Застреленный им чиновник львовского штаба военно-воздушных сил перед смертью успел назвать фамилию стрелявшего: «Зиберт». На Кузнецова началась настоящая охота. Разведчик и два его товарища ушли из города и стали пробираться к линии фронта.

9 марта 1944 года Николай Кузнецов, Иван Белов и Ян Каминский в с. Боратин нарвались на отряд УПА и погибли в бою.Похоронен Н. Кузнецов на Холме Славы в г. Львове. В 1984 году его именем был назван молодой город в Ровенской области. Николаю Кузнецову были поставлены памятники в Ровно, Львове, Екатеринбурге, Тюмени, Челябинске.

Он стал первым сотрудником внешней разведки, удостоенным звания Героя Советского Союза.

И последнее, горькое

В июне 1992 года власти г. Львова приняли решение демонтировать памятник советскому разведчику. В день демонтажа на площади было многолюдно. Многие из пришедших на «закрытие» памятника не скрывали слез.Стараниями боевого товарища Кузнецова Николая Струтинского и бывших бойцов отряда Медведева львовский монумент был перевезен в г. Талица, где жил и учился Кузнецов, и установлен в центральном сквере города.

Источник: https://matveychev-oleg.livejournal.com/855471.html

Как разведчик Николай Иванович Кузнецов лично ликвидировал 11 генералов фашисткой Германии

27 июля 1911 года родился советский разведчик, партизан Николай Иванович Кузнецов. Он прожил всего 32 года и ушёл в бессмертие, оставаясь жить среди людей как вечный пример мужества и героизма. Им лично были ликвидированы 11 генералов и высокопоставленных чиновников оккупационной администрации нацистской Германии.

Читайте также:  Партизанка лиза чайкина

Краткая биография Николая Ивановича Кузнецова

Никанор Иванович (настоящее имя Кузнецова, которое позже было изменено на Николай) родился 27 июля 1911 года в деревушке Зырянка, находящейся в Талицком городском округе Свердловской области.

Кузнецов рос в обычной крестьянской семье из шестерых человек.

Первоначально юноша обучался в общеобразовательной семилетней школе, а затем продолжил образование и поступил в сельскохозяйственный техникум в Тюмени.

Юноша корпел над учебниками и старался учиться хорошо, а также был принят в коммунистический союз молодежи. Однако Николаю пришлось оставить учебное учреждение, так как семейство лишилось кормильца – Ивана Кузнецова, который умер от туберкулеза. Лишившись отца, будущий Герой Советского Союза начал заботиться о своих матери, братьях и сестрах, выполняя обязанности главы семейства.

Кузнецов Николай Иванович в юности

Но тяготы жизни не сломили молодого человека, он продолжил грызть гранит науки, поступив в Талицкий лесной техникум. Примерно в то же время у Кузнецова проявились лингвистические способности, парень начал изучать немецкий язык. Благодаря высококвалифицированным преподавателям Николай быстро освоил иностранный язык.

Также молодой человек самостоятельно изучил эсперанто – самый распространенный плановый язык, придуманный окулистом Заменгофом. Именно на него он перевел любимое стихотворение «Бородино», сочиненное Лермонтовым. Помимо прочего, Николай Иванович овладел украинским, коми и польским языками.

В 1930 году Кузнецов устроился на работу в земельное управление. Там его коллеги совершили ряд хищений, и так как материальная ответственность была солидарная, Николая за компанию осудили на один год. Необходимо отметить, что открыв для себя махинации коллег, парень сам заявил об этом в милицию.

В 1932 стал секретным агентом госбезопасности, учился в Уральском индустриальном институте, продолжая совершенствоваться в немецком.

Весной 1938 года Кузнецов переехал в Москву и поступил на службу в НКВД, выполнял поручения в странах Европы.

В 1942 году направлен в отряд специального назначения «Победители» под командованием полковника Дмитрия Медведева, проявил необычайную отвагу и изобретательность.

Кузнецов под именем немецкого офицера Пауля Зиберта вёл разведывательную деятельность в оккупированном г.

Ровно, руководил разведгруппой, постоянно общался с офицерами вермахта, спецслужб, высшими чиновниками оккупационных властей передавая сведения в партизанский отряд.

Кузнецову удалось узнать о подготовке немецкого наступления на Курской дуге, о подготовке покушения на Сталина, Рузвельта и Черчилля в Тегеране.

По приказу командования ликвидировал главного судью Украины Функа, имперского советника рейхскомиссариата Украины Гелля и его секретаря Винтера, вице-губернатора Галиции Бауэра, похитил командующего карательными войсками на Украине генерала Ильгена, совершал диверсии. Тем не менее, не сумел осуществить своё главное задание — физическое уничтожение рейхскомиссара Украины Эриха Коха.

30 сентября 1943 года Кузнецов совершил повторное покушение на постоянного заместителя Э. Коха и руководителя управления администрации рейхскомиссариата Пауля Даргеля (во время первого покушения 20 сентября он по ошибке вместо П.

Даргеля убил заместителя Э. Коха по финансам Ганса Геля). В результате проведённой акции, от брошенной Кузнецовым противотанковой гранаты Даргель получил тяжёлые ранения и потерял обе ноги. После этого на самолете П.

Даргель был вывезен в Берлин.

9 марта 1944 года в ходе перестрелки с бандеровцами Николай Кузнецов погиб.

Военные  годы. Подвиги разведчика Кузнецова

С начала Великой Отечественной войны Николай Кузнецов был зачислен в четвертое управление НКВД, главной задачей которого являлась организация разведывательно –диверсионной деятельности в тылу врага.

После многочисленных тренировок и изучения в лагере для военнопленных нравов и быта немцев, под именем Пауля Вильгельма Зиберта, Николай Кузнецов был направлен в тыл врага по линии террора. Сначала спецагент вел свою тайную деятельность в украинском городе Ровно, где находился рейх комиссариат Украины.

Кузнецов тесно общался с вражескими офицерами спецслужб и вермахта, а также местными чиновниками. Вся добытая информация передавалась в партизанский отряд.

— Николай Кузнецов

Одним из примечательных подвигов секретного агента СССР было взятие в плен курьера рейхскомиссариата майора Гаана, который перевозил в своем портфеле секретную карту. После допроса Гаана и изучения карты

В ноябре 1943 г. Кузнецову удалось организовать похищение немецкого генерал-майора М. Ильгена, который был прислан в Ровно для уничтожения партизанских соединений.

Последней операцией разведчика Зиберта на этом посту стала ликвидация в ноябре 1943 г начальника правового отдела рейхскомиссариата Украины оберфюрера Альфреда Функа.

После допроса Функа гениальный разведчик сумел добыть информацию о подготовке убийства глав «Большой тройки» Тегеранской конференции, а также сведения о наступлении врага на Курской дуге.

В январе 1944 г Кузнецову было приказано вместе с отступающими фашистскими войсками отправиться во Львов для продолжения своей диверсионной деятельности. В помощь агенту Зиберту отправили разведчиков Яна Каминского и Ивана Белова. Под руководством Николая Кузнецова были уничтожены во Львове несколько оккупантов, например, глава канцелярии правительства Генрих Шнайдер и Отто Бауэр.

Гибель. Погиб от рук украинских националистов

Застреленный им чиновник львовского штаба военно-воздушных сил перед смертью успел назвать фамилию стрелявшего: «Зиберт». На Кузнецова началась настоящая охота. Весной 1944 года ориентировки с его описанием имели многие немецкие патрули в городах Западной Украины. Кузнецов решает уйти из города, пробиться в партизанский отряд или выйти за линию фронта.

9 марта 1944 года, приблизившись к линии фронта, в селе Боратин Бродовского района группа Кузнецова натолкнулась на неизвестных им военнослужащих (как оказалось — бойцов УПА). Николай принял решение войти в село.

Он посчитал, что, если это красноармейцы (бандеровцы были в форме солдат СССР), то разведчики сумеют объясниться, а если войска УПА, Кузнецову и его спутникам нечего бояться (они были в немецкой форме). Но бандеровцы знали, что это разведчики и намеревались брать Кузнецова живым. Он не сдался.

В ходе перестрелки с бандеровцами Николай Кузнецов и его спутники Ян Каминский и Иван Белов были убиты (по одной из версий Кузнецов погиб, подорвав себя гранатой)

Захоронение группы Кузнецова было обнаружено 17 сентября 1959 года в урочище Кутыки благодаря поисковой работе его боевого товарища Николая Струтинского. Струтинский добился перезахоронения предполагаемых останков Кузнецова во Львове на Холме Славы 27 июля 1960 года. Памятники Кузнецову во Львове и Ровно были демонтированы в 1992 году западноукраинскими фашистскими преемниками.

Письмо Николая Кузнецова

Уходя на последнее задание, Кузнецов оставил у Медведева — командира отряда — письмо, на котором было написано: «Вскрыть после моей смерти». Вот текст этого письма.
«Завтра исполняется 11 месяцев моего пребывания в тылу немецких войск. 25 августа 1942 года в 24 час. 05 мин.

спустились на парашюте, чтобы нещадно мстить за кровь и слезы наших матерей и братьев, которые стонут под ярмом немецких оккупантов. 11 месяцев я изучал врага, пользуясь мундиром немецкого офицера. Я готовился к смертельному для врага удару, пробивался в самое логово сатрапа — немецкого тирана на Украине Эриха Коха.

Задание очень важное, и, чтобы его выполнить, нужно пожертвовать своей жизнью, ибо уйти из центра города после удара по врагу на параде совершенно невозможно. Я люблю жизнь, я ещё очень молод. Но потому, что Отчизна, которую я люблю, как свою родную мать, требует от меня пожертвовать жизнью во имя освобождения ее от немецких оккупантов, я сделаю это.

Пусть знает весь мир, на что способен русский патриот и большевик. Пусть запомнят фашистские главари, что покорить наш народ невозможно так же, как и погасить солнце. Немецкие кретины — Гитлер, Кох и компания думали уничтожить наш великий советский народ. По своему скудоумию, они думали, что в море крови можно утопить русский и другие братские народы СССР.

Они забыли или не знали истории, эти дикари XX века. Они поймут это 29 июля 1943 года по свисту и взрыву противотанковой гранаты, когда их поганая фашистская кровь брызнет на асфальт…

«Пускай ты умер, но в сердце смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером, призывом гордым к свободе, к свету». Это мое любимое произведение Горького, пусть чаще читает его наша молодежь, из него я черпал силы для подвига.
Прочитать только после моей гибели.»

24.VII.1943. Кузнецов
Ваш Кузнецов

Память о герое

— так вспоминал о великом герое Юрий Гагарин.

Советский писатель Дмитрий Медведев в конце 1940-х годов создал книги, посвященные деятельности Николая Кузнецова. Они назывались «Это было под Ровно» и «Сильные духом», и после их выпуска о героическом разведчике узнал весь Советский Союз. Сам Дмитрий Медведев во время описанных событий был командиром партизан, с которыми работал Кузнецов, и поэтому рассказывал о нем из первых уст.

В последующие годы было создано около пятнадцати романов и повестей на тему биографии и подвигов Николая Кузнецова. Сейчас уже насчитывается порядка десяти кинокартин о легендарном разведчике, в том числе экранизаций литературных произведений. Самый выдающийся фильм – «Подвиг разведчика» (режиссер Борис Барнет, 1947 год).

Помимо этого, Николаю Кузнецову в советское время посвятили несколько памятников и открыты музеи его имени.

Фотографии Николая Ивановича Кузнецова

  • Документальный фильм «Последний бой Николая Кузнецова»
  • Документальный фильм «Николай Иванович Кузнецов. Разведчик от Бога»
  • Художественный фильм «Подвиг разведчика»
  • Художественный фильм «Сильные духом»
  • Художественный фильм «Отряд специального назначения»

Скачать книгу «Это было под Ровно» (1948) Д. Н. Медведева

Писатель Дмитрий Николаевич Медведев (1898-1954) – Герой Советского Союза, командир партизанского отряда «Победители» во время Великой Отечественной войны.
Книга посвящёна героической борьбе советских людей в тылу врага, подвигу легендарного советского разведчика Николая Кузнецова, отличается документальной достоверностью.

Читайте также статью «Их называли «ночные ведьмы». Великая Отечественная война и женщины герои»

Источник: https://pomnisvoih.ru/geroi-i-ih-podvigi/geroi-sovetskogo-souza-sssr/razvedchik-nikolaj-ivanovich-kuznetsov.html

Николай Кузнецов: гениальный разведчик, который погиб от рук украинских националистов

Гениальный разведчик, полиглот, покоритель сердец и большой авантюрист, он лично уничтожил 11 нацистских генералов, но был убит бойцами УПА.

Мальчик из деревни Зырянка с четырьмя сотнями жителей в совершенстве овладевает немецким языком благодаря высококвалифицированным преподавателям. Позднее Коля Кузнецов нахватается ненормативной лексики при знакомстве с лесником – немцем, бывшим солдатом австрийско-венгерской армии.

Самостоятельно изучая эсперанто, он перевел на него любимое «Бородино», а учась в техникуме, перевёл на русский немецкую «Энциклопедию лесной науки», тогда же в совершенстве овладел польским, украинским и коми.

Испанцы, служившие в лесах под Ровно в отряде Медведева, вдруг забеспокоились, доложили командиру: «Боец Грачёв понимает, когда мы говорим на родном». А это у Кузнецова открылось понимание незнакомого до того языка.

Освоил шесть диалектов немецкого и, встречаясь где-нибудь за столиком с их офицером, моментально определял, откуда тот родом, и переходил на другой диалект.

Проучившись год в Тюменском сельскохозяйственном техникуме, Николай бросил учёбу из-за смерти отца и через год продолжил обучение в Талицком лесном техникуме. Позже работал помощником таксатора по устройству лесов местного назначения, где донес на коллег, занимавшихся приписками.

Дважды был исключен из комсомола — по обвинению в «белогвардейско-кулацком происхождении» ещё в годы учебы и за донос на коллег, но уже с осуждением к году исправительных работ. С «Уралмашзавода» был уволен за прогулы.

Биография Кузнецова не пестрила фактами, представлявшими его как благонадежного гражданина, но неизменная склонность к авантюризму, его любопытство и сверхактивность стали идеальными качествами для работы разведчиком.

Молодого сибиряка с классической внешностью «арийца», который прекрасно владел немецким, заметило местное управление НКВД и в 1939 году направило в столицу на учёбу.

По словам одного из руководителей советской разведки, Николай Иванович был любовником большинства прим московского балета, притом «некоторых из них он в интересах дела делил с немецкими дипломатами».

Еще в Кудымкаре Кузнецов женился на местной медсестре Елене Чугаевой, но, уезжая из Пермского края, расстался с женой через три месяца после заключения брака, так и не оформив развод.

Любовь со светской львицей Ксаной в 1940-х не сложилась из-за настороженного отношения к немцам, ведь Николай уже был частью легенды и представился даме сердца как Рудольф Шмидт.

Несмотря на обилие связей, этот роман остался самым главным в истории героя – уже в партизанском отряде Кузнецов просил Медведева: «Вот адрес, если погибну, обязательно расскажите обо мне правду Ксане». И Медведев, уже Герой Советского Союза, отыскал после войны в центре Москвы эту самую Ксану, выполнил волю Кузнецова.

Читайте также:  Медаль за освобождение белграда

За последние десять лет в Украине появился целый ряд статей, стремившихся опорочить знаменитого разведчика. Суть предъявляемых ему обвинений одна и та же — боролся он не с немцами, а с украинскими повстанцами-оуновцами, членами УПА и тому подобными. Архивные материалы опровергают эти заявления.

Например, уже упомянутое представление к званию Героя Советского Союза с приложенным к нему ходатайством перед Президиумом Верховного Совета СССР, подписанным начальником 4-го Управления НКГБ Павлом Судоплатовым.

В обосновании награждения говорится о ликвидации Кузнецовым восьми высокопоставленных немецких военных чиновников, организации нелегальной резидентуры и ни слова о борьбе с какими бы то ни было украинскими самостийниками.

Конечно, медведевцам, и в том числе Кузнецову, приходилось вести борьбу с отрядами украинских националистов, но лишь как с союзниками гитлеровского оккупационного режима и его спецслужб. От руки оуновцев и погиб выдающийся разведчик Николай Кузнецов.

Немецкие патрули были осведомлены о розыске гаутмана в районах Западной Украины. В марте 1944 года бойцы УПА ворвались в дом села Боратин, служивший прибежищем Кузнецову и его соратникам – Ивану Белову и Яну Каминскому. Белова поразили штыком на входе. Некоторое время под охраной они ждали командира повстанцев, сотника Черногору.

Он и опознал в «немце» исполнителя громких терактов против гитлеровских бонз. И тут Кузнецов взорвал гранату в комнате, заполненной бойцами УПА. Каминский предпринял попытку бежать, но его настигла пуля.

Тела погрузили на конную повозку соседа Голубовича Спиридона Громьяка, вывезли за село и, раскопав снег, положили останки возле старого ручья, засыпав хворостом.

Через неделю после трагического столкновения, немцы, вошедшие в село, нашли останки солдата в форме вермахта и перезахоронили их. Местные жители впоследствии показали место перезахоронения сотрудникам львовского УКГБ М. Рубцов и Дзюба. Струтинский добился перезахоронения предполагаемых останков Кузнецова во Львове на Холме Славы 27 июля 1960 года.

Память об одном из героев войны, потрясшей весь мир и принесшей освобождение от коричневой фашистской чумы, грязным потоком заливавшей Европу, останется в вехах истории. Прав был Николай Кузнецов, когда однажды, обсуждая у партизанского костра дела народных мстителей, сказал: «Если после войны мы будем рассказывать о том, что и как делали, этому едва ли поверят.

Да я бы и сам, пожалуй, не поверил, если б не был участником этих дел».

Многие считают, что о судьбе Николая Кузнецова рассказывает знаменитая картина «Подвиг разведчика» режиссера Бориса Барнета. На самом деле, идея фильма возникла еще до начала работы героя под именем Рудольфа Шмидта.

Сценарий киноленты многократно видоизменяли, некоторые факты действительно были повествованием событий его службы, например, эпизод с похищением Кюна писался с аналогичного похищения Кузнецовым генерала Ильгена.

И всё же, большинство сюжетов картины были основаны на собирательном образе героев войны, в фильме нашли отражение факты из биографий других разведчиков.

Впоследствии на Свердловской киностудии было поставлено два художественных фильма непосредственно о Николае Кузнецове: «Сильные духом» (в 1967 г.) и «Отряд специального назначения» (в 1987 г.), но такую популярность, как «Подвиг разведчика», они не приобрели.

Источник: http://russian7.ru/post/kuznecov/

Николай Иванович Кузнецов. Разведчик от Бога

Герой Советского Союза Николай Иванович Кузнецов стал легендой.

Родился он 27 июля 1911 г. в деревне Зырянка Камышловского уезда Пермской губернии (сейчас — село в Талицком районе Свердловской области). Отец — Иван Павлович Кузнецов был в деревне приметным человеком. Семь лет отслужил в столичном гренадерском полку.

За добросовестную службу и меткую стрельбу пожалован был серебряным рублем, часами и голубой кружкой с портретами царя. Мать — Анна Петровна простая крестьянка, по отзывам односельчан, имела доброе сердце и золотые руки.

В семье было четверо детей: Агафья, Лидия, Николай и Виктор.

В 1926 году Николай Кузнецов получил свидетельство об окончании семилетки, и на семейном совете решено было — учиться дальше. Юноша отправляется в Тюмень и поступает в техникум на агрономическое отделение. Зимой того же года его принимают кандидатом в члены ВЛКСМ.

Вскоре отец скончался от скоротечной чахотки и за старшего в семье остался Николай. Он хотел бросить учебу, но домашние отговорили. Между тем назревали большие события — наступил «год великого перелома».

К коллективизации уральской деревни привлекли и комсомольцев Талицкого лесного техникума. Лучшей агитацией за колхоз Николай посчитал личный пример. В мае 1929 г.

семья Кузнецовых вступает в коммуну «Красный пахарь» и передает в общее пользование весь сельскохозяйственный инвентарь, скот, надворные постройки.

Тем не менее «год перелома» надломил и судьбу Николая: неожиданно исключили из комсомола как «антисоветского элемента» (отчаянным характером отличался парень) и по настоянию бюро ячейки его отчислили из техникума. Добивался справедливости, но безуспешно.

Проработав несколько месяцев дома, в коммуне, Николай отправился в Кудымкар — столицу Коми-Пермяцкого национального округа. Устроился в местном земельном управлении. Через два года он был восстановлен в комсомоле. А вскоре и женился на Елене Чугаевой.

Семья просуществовала недолго.

В 1933 г. умирает мать Анна Петровна. В середине следующего года Николай перебирается в Свердловск. Поступает на знаменитый Уралмаш, который стал для него настоящей профессиональной и жизненной школой.

Там Николай получил возможность и практиковаться в немецком языке, поскольку на заводе в то время работало немало иностранных инженеров и мастеров, особенно — из Германии.

В общении с немецкими специалистами Кузнецов не только совершенствовал языковые навыки, но и стремился перенять знания, манеры поведения, обычаи. Его успехи, наверное, и определили судьбу будущего разведчика.

Тогдашние службы безопасности предложили Николаю работать в негласном штате ОГПУ, и он дал согласие. «Кулик» — было первым его кодовым псевдонимом, вторым — «Ученый». В январе 1936 г. Кузнецов уволился с работы и стал выполнять задания органов государственной безопасности в качестве спецагента под псевдонимом «Колонист».

Страна вступила в трудную полосу, вошедшую в историю под названием «ежовщина». Волна репрессий не обошла стороной и Николая Кузнецова. Он тоже был арестован. Молодой человек действительно допустил ошибки по неопытности и горячности, которые признал и о которых сожалел. Никакого умысла в его действиях не было и в помине.

В подвалах внутренней тюрьмы Свердловского управления НКВД Кузнецов провел несколько месяцев. К счастью, нашлись люди, которые сумели его освободить. И тут Николаю вновь повезло — судьба свела его с наркомом НКВД Коми АССР Михаилом Ивановичем Журавлевым.

Он способствовал переводу Кузнецова в Центр, где тот произвел наилучшее впечатление.

Николай Иванович разговаривал на немецком языке на семи наречиях, знал коми-пермяцкий язык. В НКВД для Кузнецова придумали убедительную легенду, рассчитанную на немецкий контингент. Русского, уральца Кузнецова превратили в этнического немца Рудольфа Шмидта.

Рудольф Шмидт работал инженером-испытателем на авиационном заводе на Хорошевском шоссе. Завязывались знакомства, особенно с приезжающими в СССР немцами. Однажды в театре Шмидт познакомился с одним из членов делегации из Германии, а тот в свою очередь познакомил с женщиной — сотрудницей германского посольства. Завязался роман.

Советская разведка стала получать информацию. Благодаря Шмидту удалось завербовать в 30-х годах советника миссии Словакии Крно, по совместительству разведчика. Позже при участии Кузнецова были добыты документы у немецкого военно-морского атташе Норберта Вильгельма фон Баумбаха.

Николай Иванович участвовал и в операциях по перехвату немецкой дипломатической почты.

В 1941 г. Кузнецов выехал в Западную Украину, в г. Черновцы. Установил контакт с давно законсервированным немецким разведчиком Кестнером, вручил ему документы, а взамен получил чемодан с валютой и драгоценностями, который привез в Москву. Благодаря разработанной советской контрразведкой операции, удалось задержать матерого немецкого разведчика.

Вскоре началась Великая Отечественная война, и инженер Шмидт остался не дешифрован немецкой разведкой. Рудольфу Шмидту предстояло исчезнуть, чтобы уступить место Паулю Зиберту. Зачисление Кузнецова в состав опергруппы «Победители» под командованием капитана госбезопасности Д.Н.

Медведева было произведено по приказу первого заместителя наркома НКВД СССР В.Н. Меркулова. Опергруппе Медведева предстояло действовать вблизи г. Ровно — важного административного центра оккупированной Украины.

«Колонист» должен был работать в среде захватчиков, причем в форме и с документами офицера немецкой армии. О его роли в опергруппе не должен был знать никто, кроме тех разведчиков, которые соприкасались с ним.

В целях конспирации он был внесен в списки бойцов отряда под собственным именем, но вымышленным отчеством и фамилией. Для всех он был Николай Васильевич Грачев.

Последующие месяцы в жизни Кузнецова были заполнены напряженным трудом. Учебным классом стала его собственная квартира. Основными наставниками в эти дни стали лейтенант госбезопасности С.Л. Окунь и сержант госбезопасности Ф.И. Бакин.

Тщательно изучал Кузнецов структуру и методы работы гитлеровских спецслужб. От этого в значительной мере зависел не только успех его деятельности в стане врага, но и сама жизнь.

Разведчик должен был знать очень многое, вплоть до содержания книг, написанных уже в гитлеровские времена, кинофильмов, имена актеров, о спортивных событиях… Провал мог случиться из-за любой ерунды.

Для лучшего ознакомления с бытом и нравами вермахта было решено послать Кузнецова на своеобразную стажировку к немецким военнопленным в Подмосковье. В специфической среде военнопленных Кузнецов прижился легко, никто его ни в чем так до конца и не заподозрил, хотя он держался с предельной осторожностью.

Для Николая Ивановича была разработана специальная легенда, подобрана должность чрезвычайного уполномоченного хозяйственного командования по использованию материальных ресурсов оккупированных областей СССР в интересах вермахта. Это было отличное прикрытие для советского разведчика. Пауль Зиберт не был прикреплен ни к какому конкретному немецкому учреждению в Ровно, но имел основания для появления в любом месте.

26 августа 1942 г. самолет по специальному заданию НКВД вылетел за линию фронта. В составе группы из 11 парашютистов находился Николай Иванович Кузнецов. Его ждал только командир отряда «Победители» Д.Н. Медведев. 19 октября 1942 г. Кузнецов отправился первый раз в Ровно.

Главное в задании — походить в форме, привыкнуть к ней, наметить план вживания и вернуться. Для него снарядили бричку, в качестве кучера и проводника поехал Владимир Струтинский, который хорошо знал дорогу до города и сам Ровно. Кроме него в городе Кузнецова охраняли Николай Приходько и Поликарп Вознюк. После возвращения из города Кузнецов доложил Д.Н.

Медведеву о том, что видел. В образ обер-лейтенанта были внесены некоторые уточнения.

Довольно скоро Вильгельм Зиберт обзавелся широким кругом приятелей во многих звеньях военного и чиновничьего аппарата Ровно, в том числе в таких ключевых звеньях, как Рейхскомиссариат «Украина», некоторых штабах и даже в отделах германских спецслужб. Особенно ценил Зиберт знакомство с комендантом фельд-жандармерии майором Ришардом.

В отличие от других кадровых офицеров, этот оказался падким на даровое угощение, к тому же Зиберт иногда «проигрывал» ему в карты. Умело подогреваемый Зибертом, майор сообщал ему о намечаемых в городе облавах. Давал пропуска и пароли для ночного хождения. Эти сведения помогали обеспечивать безопасность разведчиков и связных.

Благодаря Ришарду Зиберт раздобыл ценный документ — служебный перечень телефонов.

Источники информации Зиберта порой бывали самыми неожиданными… Обер-лейтенант покупал свежие продукты в маленькой лавочке, принадлежавшей некоему пану Померанскому.

Проникнувшись доверием к постоянному покупателю, лавочник проболтался, что разрешение на торговлю ему выдал с выделением помещения руководитель одного из отделов СД доктор Йоргенс за то, что тот стал его секретным осведомителем. Он похвастался, что в 1941 г. по его доносам немцы провели несколько успешных операций против местных партизан.

Читайте также:  Орден почета

К хозяину лавки частенько заходил его приятель, также информатор СД Янковский, который рассказал Зиберту, что в партизанских отрядах Волыни действует немецкий агент Васильчевский, сумевший втереться в доверие к некоторым командирам. Со временем он стал связным между партизанами и городскими подпольщиками.

Таким образом ему удалось провалить многих патриотов или же поставить их работу под контроль оккупантов. Янковский описал внешность этого агента. Информацию Кузнецова командование передало в Москву, а Центр предупредил штабы отрядов об опасном провокаторе.

Но главным, конечно, в эти дни был сбор информации военного характера. Помимо Николая Ивановича ее добывали партизаны Шевчук, Гнидюк, Приходько, Довгер, многие другие. Сравнительно небольшой город и установленный в нем режим безопасности исключали для «Колониста» возможность пользоваться рацией.

Ее работа была бы быстро засечена. Поэтому Кузнецов, как и другие разведчики, собранную информацию должны были доставлять в отряд лично, либо передавать через связных. Разведчики и связные прямо в отряд не шли. Их путь завершался к примеру на «зеленом маяке» близ села Оржева, в четырех километрах от станции Клевань.

Удобным маяком был хутор Вацлава Жигадло. Когда на маяке появлялся Кузнецов, то его охраняли не только там, но и на всем пути до лагеря и обратно. Первое время Кузнецов добирался лошадьми. Но вскоре в его распоряжении появились машины и мотоциклы.

Все они были похищены разведчиками, перекрашены и снабжены новыми номерными знаками.

Еще до вылета в тыл врага, отряду Д.Н. Медведева было дано задание уничтожить рейхскомиссара Украины Коха. Собирая информацию о нахождении Коха, его передвижениях по Украине, регулярных поездках в Кенигсберг, партизанский штаб, попутно решал еще одну задачу: установление полевой ставки Гитлера.

После внимательного анализа обстановки Медведев пришел к выводу о необходимости ограничить круг поисков тремя географическими пунктами: Ровно, Луцк, Винница. Первые два пункта быстро отпали, оставалась Винница. К тому же поступила информация, что летом 1942 г.

немцы вели под Винницей какое-то большое строительство и туда выезжал на несколько дней рейхскомиссар Кох — вызвать его мог только сам фюрер. Так зародилась идея захватить «языка» с помощью подвижной засады или, как образно назвал ее Кузнецов, «охоты на индюков». Зимой 1942—1943 гг. было проведено несколько подвижных засад под руководством Кузнецова.

И одна такая подвижная застава увенчалась успехом. Были захвачены подполковник Райе и обер-лейтенант Плант, а также топографическая карта. С помощью этой карты и обнаружено местонахождение ставки Гитлера под Винницей.

Подходы к Коху, по расчетам командира отряда Д.Н. Медведева, надо искать оперативным путем. И подходы были найдены. Обер-лейтенант Зиберт познакомился с дрессировщиком собак рейхскомиссара Коха обер-ефрейтором Шмидтом, позже вышел на офицеров. 31 мая 1943 г. Кузнецову удалось попасть вместе с Валей Довгер на прием к рейхскомиссару Эриху Коху, но осуществить покушение не удалось.

Кузнецов тяжело переживал это обстоятельство, корил себя за то, что не догадался разместить взрывное устройство на теле — тогда бы он мог ценой самопожертвования наверняка уничтожить наместника Гитлера. Переживали неудачу и в отряде. Зато Кузнецов из разговора с Кохом узнал, что готовится решающее наступление немцев под Курском. Эту важную информацию сразу же передали в Центр…

В июне 1943 г. с разрешения Центра стали готовить покушение на теоретика нацистской партии, министра по делам оккупированных восточных территорий рейхслейтера Альфреда Розенберга. Осуществить его не удалось, но Зиберт смог выяснить, что приезд Розенберга связан с подготовкой наступления на Восток. Это же подтвердили и другие разведчики.

20 октября 1943 г. Зиберт совершил третье покушение на заместителя Коха в Ровно — технически операция прошла удачно. Кузнецов и Струтинский ушли от преследователей! Ручной гранатой был убит наповал офицер, а Даргель был контужен. Николай Иванович — ранен в плечо осколком разорвавшейся гранаты.

Уже в отряде Кузнецову была сделана операция, и вскоре он возвратился в строй. Кузнецов уехал в Ровно, но быстро вернулся озабоченным: оккупанты предприняли ряд мер к укреплению своих спецслужб. Начальником отдела по борьбе с партизанами в местном СД назначен гауптштурмфюрер СС Ханке. В городе проводились массовые обыски и аресты.

По приказу Ханке население Ровно подверглось регистрации.

15 ноября 1943 г.

Кузнецов, вместе с Каминским, Струтинским, Стефаньским разоружив охрану, осуществил похищение вместе с документами генерал-майора Ильгена, который командовал «Восточными войсками», похители прямо из дома средь бела дня.

А на следующий день Николай Иванович вместе с помощниками Яном Каминским и Николаем Струтинским застрелил в Ровно в здании суда президента верховного суда на Украине Альфреда Функа. И в этот раз удалось скрыться на автомобиле.

К новому году фронт приблизился к Ровно. Выполняя приказ Центра, развечики и отряд в целом должны были уходить дальше на запад. Их направляли во Львов. 15 января 1944 г. Кузнецов, Каминский и Белов распрощались с товарищами, выехали во Львов через Луцк и, конечно же, не обошлось без боевых приключений.

Февральским утром при выходе из дома вице-губернатора Галиции Отто Бауэр и его президиал-шеф доктор Гейнрих Шнайдер оказались под прицельным огнем разведчиков. После их уничтожения Кузнецову, Каминскому и Белову оставаться во Львове было опасно.

Николай Иванович не сомневался, что по следам неизвестного офицера и его спутников, убивших вице-губернатора и начальника канцелярии, будут брошены все силы. Во Львове до 9 февраля шли повальные облавы и обыски. Но Зиберт и его спутники через три дня покинули город.

Единственная попытка задержать гауптмана Зиберта произошла 12 февраля возле шлагбаума у села Куровицы. Здесь майор-фельджандарм Кантер потребовал у Кузнецова разрешение на выезд. И так как его не было, Николай Иванович вынужден был прервать разговор пистолетом. Вслед разведчикам загремели автоматные очереди.

Никто не пострадал, но задние колеса машины оказались пробиты. Разведчики ушли в лес. В этот день завершилась «карьера» гауптмана Пауля Зиберта.

Несколько дней разведчики бродили по лесам в слабой надежде встретить кого-либо из своего отряда или местных партизан. В конце концов они набрели на маленький отряд, еврейскую группу самообороны под командованием Оиле Баума.

Жили они в двух землянках, вырытых в лесном овраге. Здесь разведчики отдыхали два дня. Кузнецов попросил помочь в переходе фронта. Партизаны снабдили Кузнецова картами и дали проводника, который мог вывести разведчиков к линии фронта.

На этом следы Кузнецова обрываются…

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1944 г. Николаю Ивановичу Кузнецову было присвоено звание Героя Советского Союза. На родине героя, в г. Талица Свердловской области, установлен памятник. О героизме Н. И.

Кузнецова написано много книг, снят художественный фильм «Сильные духом». В Центральном музее Вооруженных Сил хранятся документы, фотографии и личные вещи Кузнецова, которые свидетельствуют о героической жизни разведчика.

Благодарная Россия помнит своего беззаветно храброго защитника.

Дмитрий ЕВДОКИМОВ

(научный сотрудник Центрального музея Вооруженных сил РФ)

Источник: http://ksovd.ru/articles/171-nikolai-ivanovich-kuznecov-razvedchik-ot-boga.html

Разведчик Николай Иванович Кузнецов

Легендарный советский разведчик Николай Иванович Кузнецов (1911-1944) родился в дер. Зырянка Екатеринбургского уезда, недалеко от современного пос. Троицкий (ст. Талица). От рождения он имел имя Никанор, но называл себя Николаем (сменил имя в официальных документах в 1930-1931).

Его родители Иван Павлович Кузнецов и Анна Петровна Баженова были крестьянами-старообрядцами. Иван Павлович прослужил на действительной 7 лет в гренадерском полку в Санкт-Петербурге. Будучи человеком трудолюбивым и склонным к инновациям, он сумел создать достаточно крепкое и зажиточное хозяйство.

В семье Кузнецовых было четверо детей: Агафья, Лидия, Никанор (Николай) и Виктор.

Уже в шестилетнем возрасте благодаря ставшей учительницей старшей сестре Агафье Николай Кузнецов умел читать и писать. В 1918 он пошел в школу: учился сначала в Зырянке, с 1922 – в соседнем селе Балаир, а с 1924 – в Талице.

Успевал в учебе Николай Кузнецов хорошо; учителя и однокашники особо отмечали его внимательность и собранность, целеустремленность, педантичность, любовь к чтению. Обладая замечательной памятью, еще в юности он обнаружил лингвистические способности.

С течением времени овладел немецким языком (знал 6-7 диалектов немецкого), эсперанто, коми, польским, украинским. С носителями немецкого языка Николаю Кузнецову повезло. Это и учитель Нина Алексеевна Автократова, получившая образование в Швейцарии, и преподаватель по труду, и провизор местной аптеки, которые оказались на Урале после русского плена.

К тому же, при любом случае Николай Кузнецов стремился совершенствоваться в разговорной практике. Проявил он себя и в искусстве: научился играть на гармонике и балалайке, пел в школьном хоре, участвовал в спектаклях школьного драмкружка.

После окончания в 1926 семилетней школы Николай Кузнецов поступил на агрономическое отделение сельскохозяйственного техникума в Тюмени. Но в 1927 умер его отец, и Николай Кузнецов возвратился домой и продолжил учебу в Талицком лесном техникуме. Времена были крутые и трудные, наступил период сплошной коллективизации.

В 1929, несмотря на то, что его семья вступила в коммуну «Красный пахарь», Николая Кузнецова как чуждого, антисоветского элемента исключили из комсомола и из техникума. Весной 1930 он устроился работать помощником таксатора (техник, занимающийся устройством и оценкой лесов) в окружном земельном управлении в с. Кудымкар Коми-Пермяцкого национального округа.

Здесь в декабре 1930 Николай Кузнецов женился на медсестре Елене Чугаевой, но вскоре семья распалась.

В 1932 из-за хищений его начальника и сослуживцев Н. И. Кузнецов был арестован, признан виновным в халатности и осужден на один год исправительных работ по месту службы. Тогда-то он и был завербован ОГПУ. В 1934 Н. И.

Кузнецов переехал в Свердловск (там жили его сестра Лидия и брат Виктор); работал статистиком треста «Свердлес», затем – чертежником на Верх-Исетском металлургическом заводе, а в 1935-1936 на Уралмаше – расцеховщиком бюро технического контроля конструкторского отдела.

На Уралмаше, общаясь с немецкими специалистами, он практиковался в языке и изучал особенности немецкой культуры и поведения. Во время «ежовщины» Н. И. Кузнецов был арестован и провел несколько месяцев в тюрьме. В 1938 он был направлен в Москву и стал особо засекреченным спецагентом НКВД.

Отныне его звали Рудольфом Вильгельмовичем Шмидтом (в переводе с немецкого «шмидт» – кузнец).

Обладая большой коммуникабельностью, Н. И. Кузнецов с легкостью устанавливал нужные связи, быстро рос профессионально и успешно выполнил до начала войны ряд важных заданий.

После прохождения кропотливой «германской» подготовки (находился, в том числе и в лагере немецких военнопленных) в августе 1942 он был заброшен во вражеский тыл. Под именем обер-лейтенанта Пауля Вильгельма Зиберта Н. И. Кузнецов действовал на территории Украины в составе партизанского отряда специального назначения «Победители» Д.

Н. Медведева (в отряде значился как Николай Васильевич Грачев). Здесь его способности разведчика проявились во всей силе.

Кузнецову удалось добыть много ценной развединформации, в том числе о точном местонахождении полевой ставки Гитлера «Вервольф» под Винницей, о предстоящем наступлении противника на Курской дуге; он первым сообщил о подготовке покушения на Сталина, Рузвельта и Черчилля в Тегеране (операция «Длинный прыжок»).

Кузнецов уничтожил несколько видных представителей фашистского рейха: президента верховного немецкого суда на Украине Функа, имперского советника финансов на правах министра Геля, вице-губернатора Галиции Бауэра и др.; руководил похищением генерала Ильгена. При осуществлении операций он проявил выдающееся хладнокровие, изобретательность и настойчивость, большие актерские способности.

Н. И. Кузнецов погиб 9 марта 1944 в бою с бойцами Украинской повстанческой армии (УПА) в с. Боратин Львовской области. В ноябре 1944 за образцовое выполнение специальных заданий в тылу противника и проявленные при этом отвагу и геройство ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

В 1960 прах разведчика был перезахоронен во Львове на Холме Славы. О подвигах Н. И. Кузнецова сняты различные художественные и документальные фильмы, в том числе «Сильные духом», «Отряд специального назначения», «Гений разведки», написаны книги (Д. Н. Медведева «Это было под Ровно» и др.).

Источник: http://putdor.ru/famous/razvedchik-nikolay-ivanovich-kuznetsov.html

Ссылка на основную публикацию